Корзиночки с кремом

Наступила зима. Утро было пасмурным, шел снег. В комнате тепло, в камине потрескивают поленья. Королева стоит у окна и любуется, как снежные хлопья медленно опускаются с небес на землю. Все вокруг было белым, и только чернели стволы и ветви деревьев в дворцовом парке. Захотелось вдохнуть свежего холодного воздуха, ощутить его прохладу на своем лице.

- Я хочу прогуляться немного по парку, - обратилась Королева к одной из фрейлин, - сопровождающие мне не нужны.

Фрейлина поклонилась и вышла.

В парке дышалось легко. Королева медленно шла по аллее. Поодаль ее сопровождал офицер личной охраны. Таков был порядок. Вокруг стояла удивительная тишина, звуки как будто вязли в воздухе. И только снег все падал и падал.

Мех воротника слегка щекотал щеку. Ощущение приятное и грустное одновременно. Легкий морозец сделал свое дело, потянуло обратно в теплую комнату, выпить горячего чая.

Прогулка взбодрила Королеву, настроение ее явно улучшилось. Подали чай в тонкой фарфоровой чашке с изящной ручкой. Стенки чашки тонкие, почти прозрачные. Королева сделала глоток и о чем-то задумалась. Потом она сказала:

- Позовите ко мне придворного повара.

Фрейлина, к которой обратилась Королева, удивилась такому приказу, но такова воля Королевы, и она вышла в приемную передать ее дежурному офицеру.

Через некоторое время офицер доложил, что повар ждет в приемной.

- Пусть войдет, - последовал ответ.

Повар вошел и склонился в низком поклоне.

- Ты отлично справляешься со своими обязанностями, - произнесла королева. Повар вновь поклонился. – Я хочу, чтобы ты приготовил мне… - она сделала небольшую паузу, - корзиночки с кремом, и непременно там должна быть вишенка.

Королева испытывающее смотрела на своего повара, ожидая его ответа.

- Желание Вашего Величества будет исполнено, - ответил повар. – Я немедленно отправляюсь на кухню.

- Прекрасно, - улыбнулась Королева.

Повар на прощание отвесил низкий поклон и вышел. В приемной он замедлил шаг. Корзиночки с кремом и с вишенкой наверху. Он готовил их когда-то для маленькой принцессы. О, это было настоящее лакомство. Вишни брались из варенья, которое варила его матушка.

- Надо же, помнит, - пробормотал он и улыбнулся. Затем решительным шагом направился творить это чудо на кухню.

Дежурный офицер с некоторым удивлением посмотрел вслед удаляющемуся повару, затем поправил мундир и направился к ее величеству.

- Прошу прощения. Члены Государственного Совета собрались и ждут Ваше Величество.

- Уже иду, - вздохнула Королева. Государственные дела прежде всего.

Она быстрым шагом вошла в зал заседаний. Члены Совета в ожидании ее величества переговаривались между собой.

- Здравствуйте, господа, - поздоровалась Королева.

Государственные мужи склонились в поклоне. Затем все заняли свои места.

- Начинайте, - обратилась Королева к Канцлеру – другу ее отца, ее другу и наставнику.

На этот раз заседание Государственного Совета было посвящено вопросам оказания помощи нескольким провинциям, которые недавно вошли в состав королевства. Основным докладчиком был министр иностранных дел, любивший говорить длинными фразами с множеством подробностей. Он довольно красочно описывал положение в провинциях, но так и не высказал ни одного конкретного предложения. Обычно Королева выслушивала докладчика до конца, но на этот раз выступление показалось ей чересчур затянутым.

- Благодарю вас, Граф, - прервала она докладчика. – Думаю, что все члены Совета в полной мере прониклись важностью вопроса и необходимостью принятия срочных мер, дабы не допустить в указанных провинциях дальнейшего распространения происков наших врагов и достичь укрепления границ Королевства.

Члены Совета согласно закивали, а Граф слегка покраснел, осознав, что несколько увлекся описательной частью своей речи.

- Мы готовы выслушать Ваши предложения, продолжила Королева уже без иронии в голосе.

Далее заседание Совета проходило в привычно деловом русле. Были розданы конкретные поручения, назначены конкретные сроки, заслушаны отчеты, касательно того, что уже сделано.

В конце заседания Канцлер передал ее величеству папку с бумагами, с которыми ей необходимо ознакомиться для принятия решения. Вероятно, кто-то думает, что жизнь Королевы проходит в балах и увеселениях. Как он ошибается.

После заседания Канцлер проводил ее величество в ее покои, и они еще некоторое время беседовали по поводу дел, о которых знал очень ограниченный круг лиц. Но вот и главный советник покинул Королеву.

Королева перешла в уютную гостиную. Фрейлина с улыбкой спросила, подавать ли чай. Королева кивнула. Все было готово, и вот она осталась одна.

На столике стояло блюдо, покрытое белой салфеткой с тонкими кружевами по краям. А на салфетке стояли корзиночки с кремом и вишнями.

Королева сидела и любовалась этим произведением кулинарного искусства. Золотистые корзиночки были наполнены слегка желтоватым кремом, уложенным довольно замысловато, а венчала это сооружение крупная темно бордовая вишня. Сочетание цветов, красота формы, изящество тонкого кружева салфетки - это всего лишь предвкушение вкуса.

Королева взяла пирожное. Пахло очень аппетитно и многообещающе. Очень осторожно откусила и закрыла глаза. Такой знакомый вкус детства. Крем – очень воздушный и нежный, в меру сладкий, совсем не приторный. Тесто не сладкое рассыпчатое еще больше подчеркивает нежность крема. И всему этому великолепию придается особую пикантность сладкая вишня. Пирожное таяло во рту. Эти ощущения доставляли огромное удовольствие и вызывали улыбку. Вспомнилось детство, принцессе не позволялось съедать больше одного пирожного. Королева посмотрела на блюдо и решительного взяла вторую корзиночку. Съела с не меньшим удовольствием. Больше ей не одолеть, уж очень сытно. Она сделала несколько глотков чая и откинулась на спинку. «Удачный сегодня день», - подумала Королева. «Праздник скоро. Не забыть внести в список повара».

Впереди еще ждали дела, важные бумаги, ее день закончится поздно, а вспоминать она его будет, потому, что в нем были корзиночки с кремом и вишенками – привет из детства.

Правда, вишен у меня нет, я их заменила на крупную черную смородину, добавив в пирожное пикантную кислинку, что его совсем не портит, а лишь подчеркивает нежность сливочного крема.